Вавилов шел, заложив руки за спину, и пальцы его были крепко сжаты…
- Ты там печатай, сукин сын, что хошь, - громко сказал он, - а про меня - не смей!
Подошел Василий Гусев, заявляя:
- А я опять у тебя обедать буду, вкусно!
И, понизив голос, прищурив глаза, тихонько добавил:
- Попали метко… Эх, мамаша, очень хорошо!
Мать ласково кивнула ему головой. Ей нравилось, что этот парень, первый озорник в слободке, говоря с нею секретно, обращался на вы, нравилось общее возбуждение на фабрике, и она думала про себя:
«А ведь - кабы не я…» Недалеко остановились трое чернорабочих, и один негромко, с сожалением сказал:
- Нигде не нашел…
- А послушать надо бы! Я неграмотный, но вижу, что попало-таки им под ребро!.. - заметил другой. Третий оглянулся и предложил: