- Куда вы, Ниловна? - беспокоясь, остановил он ее. - Соня одна управится!
Она взглянула на него и, вздрагивая, ответила, странно усмехаясь:
- В крови я…
Переодеваясь в своей комнате, она еще раз задумалась о спокойствии этих людей, об их способности быстро переживать страшное. Это отрезвляло ее, изгоняя страх из сердца. Когда она вошла в комнату, где лежал раненый, Софья, наклонясь над ним, говорила ему:
- Глупости, товарищ!
- Да я стеснять вас буду! - возражал он слабым голосом.
- А вы молчите, это вам полезнее…
Мать встала позади Софьи и, положив руки на ее плечо, о улыбкой глядя в бледное лицо раненого, усмехаясь, заговорила, как он бредил на извозчике и пугал ее неосторожными словами. Иван слушал, глаза его лихорадочно горели, он чмокал губами и тихо, смущенно восклицал:
- Ох… экий дурак!
- Ну, мы вас оставим! - поправив на нем одеяло, заявила Софья. - Отдохните!