Скулы у него вздулись желваками и борода задрожала, точно струясь, стекая на грудь. Не снимая фуражку, он остановился среди комнаты, прищурив глаза, мотая головой.
- Так. Неизвестно - кто? Ну, да...
Медленно прошёл к окну и сел там, вытянув ноги.
- Я же говорил ему... Начальство было?
- Вчера. Становой.
- Ну, что же? - спросил он и сам себе ответил:
- Конечно - ничего!
Я сказал ему, что становой, как всегда, остановился у Кузьмина и велел посадить в холодную Кукушкина за пощёчину лавочнику.
- Так. Ну, что же тут скажешь?
Я ушёл в кухню кипятить самовар.