— Вы бываете в театре? — спросил я старого раба Жёлтого Дьявола, чтобы остановить его хвастовство страной, которую он осквернил своей жизнью.
— Театр? О, да! Я знаю, это тоже искусство! — уверенно сказал он.
— А что вам нравится в театре?
— Хорошо, когда много молодых дам декольте, а вы сидите выше их! — ответил он, подумав.
— Что вы любите больше всего в театре? — спросил я, приходя в отчаяние.
— О! — воскликнул он, раздвинув рот во всю ширину щёк. — Конечно, артисток, как все люди… Если артистки красивы и молоды — они всегда искусны. Но трудно угадать сразу, которая действительно молода. Они все так хорошо притворяются. Я понимаю, это их ремесло. Но иногда думаешь — ага, вот это девушка! Потом оказывается, что ей пятьдесят лет и она имела не менее двухсот любовников. Это уже неприятно… Артистки цирка лучше артисток театра. Они почти всегда моложе и более гибки…
Он, видимо, был хорошим знатоком в этой области. Даже я, закоренелый грешник, всю жизнь утопавший в пороках, многое узнал от него только впервые.
— А как вам нравятся стихи? — спросил я его.
— Стихи? — переспросил он, опуская глаза к сапогам и наморщив лоб. Подумал и, вскинув голову, показал мне все зубы сразу. — Стихи? О, да! Мне очень нравятся стихи. Жизнь будет очень весела, когда все начнут печатать рекламы в стихах.
— Кто ваш любимый поэт? — поспешил я поставить другой вопрос.