Она ещё более растерялась от этого неожиданного ею приёма и всё ещё не переставала оглядываться по сторонам, посматривая то на того, то на другого больного и точно боясь среди них встретить кого-то, кто был бы ей очень неприятен.
— Ничего! я сяду. Не тревожьтесь. Вам вредно… — вполголоса говорила она, делая свои изыскания.
Охваченный энтузиазмом, Павел заметил это.
— Вы не беспокойтесь… Это всё хорошие больные люди… разговорчивые, вежливые.
Они ничего… Весьма приятные господа. Ах, как я вам рад!.. — закончил он свою рекомендацию чуть не криком.
Она уже успела осмотреть всю палату и, вздохнув, улыбнулась Павлу широкой, доброй улыбкой.
— И я очень рада, что вы поправляетесь. Я ведь уже была здесь. Без памяти были вы. Вы не тревожьтесь, пожалуйста! Вот тут я принесла вам… доктор позволил.
Покушайте! — и она принялась было развязывать узел.
Но Павел схватил его дрожащими от радости руками и заговорил, всё более вскипая радостью:
— Поверите ли, как ангел небесный вы мне, ей-богу!..