— Мамаша, не чавкайте!
Она возмущённо сказала:
— Что ты, Яша, бог с тобою! Разве это я?
— Конечно — вы!
У Назарова зазвенело в голове, точно барин ударил его в ухо, он пробормотал, виновато улыбаясь:
— Это я…
— Да? — будто бы удивился Будилов. — Ну, чавкать при еде — не обязательно.
Он долго, нудно говорил о том, как надобно есть, — Назаров слушал его, опустив глаза, и мысленно, с ненавистью кричал:
«Паяц, лыковая рожа!»
Несколько минут молча жевали печенье и пили чай, потом Будилов отодвинул пустой стакан и заговорил, как бы продолжая начатую речь: