— Взад-вперёд двадцать вёрст! Скоро обернул!

Николай, нахмурясь, слушал, думая: «Надо Дашку послать, сейчас пошлю…»

И вдруг очнулся от дремоты, вздрогнув испуганно: «Эдак пойдёт про меня слух, что я нарочно — ах, ведьмы!»

Он тотчас вышел на крыльцо, хозяйственно говоря:

— Тётка Татьяна, пускай Дарья запряжёт гнедого, да сейчас же едет по доктора — живее!

Сел на ступени крыльца и схватился руками за голову, крепко сцепив зубы.

— Икать начал — это нехорошо! — шептала старуха Рогачёва, подойдя ко крыльцу. — Это уж всегда перед концом бывает…

— Плохо, значит?

— Бог боле нас знает, а по моему разуму — попа надо бы! Дарья-то пускай бы заехала?

— Скажи ей…