Лещ. Я, как вам известно, человек правдивый, и скажу прямо: полиция — это единственное учреждение, где ваш сын может служить. Я отношусь к нему отрицательно и не скрываю этого даже от него. Разумеется, в нём есть и добрые чувства, но в общем — это анархист, человек, лишённый внутренней дисциплины, существо с расшатанной волей… недоучившийся юнкер…
Софья. Когда вы осуждаете людей, вы говорите охотно, но ужасно длинно.
Лещ (любезно). Тут виновато обилие недостатков в людях…
Софья (Якову). Мне не хочется, чтобы Александр служил в полиции…
Яков (бормочет). Что же делать?..
Лещ. Не вижу, где бы он мог служить кроме, положительно не вижу. У него есть некоторая военная выправка, он был вольноопределяющимся, имеет какой-то чин. Я думаю, он будет недурным полицейским… для провинции, разумеется!
Яков (осторожно). Главное, Соня, он уйдёт из дома, и дети избавятся от его влияния… Ты позволь мне дать эти деньги…
Софья (пожимает плечами). Я не понимаю, что надо делать.
Яков. Деньги — кому?
Лещ. Я дал слово, что не назову имени лица, которое желает получить деньги.