Костя. Хошь — поднесу?
Евстигнейка (отчаянно). Давай… для храбрости! Пропало моё дело! (Костя поит его из всех бутылок по очереди.)
3обнин. Что, брат, Иван Иваныч?
Кичкин. Н-да-а! Ведь вот, глядите-ка, человек эдакой обходительный, ласковый… а продать — успел!
Типунов. Продавать они навострились!
3обнин. Пропали все наши труды… (Выглядывая за дверь.) Старуха его сцапала-таки…
Кичкин. Мастера они продавать…
(Все, грустно вздыхая, молчат. Костя занят с Евстигнейкой, в углу храпит пассажир.)
Марья (вполголоса). Я даже думаю, что он не понимает французского языка…
Татьяна. Видит — дама стоит пред ним с подносом, руки у неё дрожат, и хоть бы спасибо сказал…