Наталья (мужу, шёпотом). Гляди — рука…
Семён (вздрогнув, громко). Где? Чья рука?
Васса (Наталье). Ты — о чём?
Наталья. Я? Я сказала ему, Семёну, что рука у Михаила Васильевича…
Михаил (почти не скрывая насмешки). Рука-с? Повредил несколько, задел за ручку двери, когда усопшего несли. А что-с? Мне не больно, если это вас интересует… совсем не больно… А впрочем — благодарю покорно за внимание!
Васса. Ну — помолчите все! Людмила — перестань! Павел, как же теперь? Что будем делать? (Голос у неё дрогнул. Помолчала, шевеля губами.) Ты знаешь — семья наша не дружная, сор из избы будет вынесен, и пойдут тёмные слухи про нас…
Павел. Оставьте меня…
Васса (глуше). Может, и полиция вмешается… тут — деньги! У дяди в нашем деле до ста тысяч с лишком…
Семён (жене, шепчет). Ого! Вот так — ю!
Васса. Известно, что он их взять хотел… Видишь, как всё запутано… Тебя предупреждали — не тронь, убьёшь… а ты — нарочно… Чувствуешь свой грех?