Иванов (щёлкая каблуками). Позвольте помочь?
Наташа. Не трудитесь. У нас домашних кавалеров в избытке заквашено. Вы с чем?
Иванов. С бумагами. А сейчас — к соседу вашему. До свидания!
Глинкин. Удивляюсь, как вы можете фамильярничать с этим…
Наташа. Ах, в моих жилах течёт рыжая, плебейская кровь. Крёстный здесь? (Идёт наверх.) Скажите Поле, что можно накрывать стол.
Глинкин. Ефимов, ступайте, скажите.
Ефимов (обиженно). Вы, сударь мой, тише командуйте! Я человек неожиданный, никто не знает, на что я способен.
Глинкин. Я не командую… Скучно, чёрт возьми! Вот и пожар был, а скучно…
Ефимов (миролюбиво и уныло). Вам жаловаться не на что. У вас всё-таки фамилия оригинальная: Глинкин. Глинку напоминает, оперу «Жизнь за царя». А вот, если Ефимов, так уж это безнадёжно…
Глинкин (с достоинством). Глинкин — это руссофизм, — понимаете? Моя фамилия — де Глинкэн, мой дед был француз, дворянин. А Глинкин — это переделка на русский лад, руссофизм… то есть руссизм…