Кемской (оглядываясь). Ф-фу, какая ты!.. Тут люди везде, а ты…
Бобова. Ну, не буду, не буду… Ну, молчу! А ведь сердечко-то твоё, старенькое, последние дни-ночи доживая, оно ведь не умолкнет, оно не онемеет…
Кемской. Нет, это… чёрт знает что! Это же необходимо кончить… необходимо!
Бобова. То-то вот! Необходимое, брат, не обойдёшь, нет! Бога — не обойдёшь, правды — не обойдёшь! Всё, всех людей обойти можно, а правду — обойди-ка? Она — не обходима, да, да, милый! Обойди её, попробуй, и заплутаешься…
Кемской (заметив Глинкина, который зажигает лампу). Ну что? Что стоишь? Стоит и… слушает!
Глинкин (вынимая бумаги из портфеля). Вот, протоколы допроса и ваше заключение по делу Краевых.
Кемской. Ну, что же? Надо подписать! Перо! (Садится к столу. Глинкин даёт ему перо. Подписывая бумаги.) Завтра отнесёшь прокурору. Вероятно, ошибки, ошибки у тебя. Ты, брат, небрежен, да! Найди Наташу…
(Бобова ушла в комнату Ефимовых.)
Глинкин. Она — у себя…
Кемской. Позови.