Павла. Но вам никого не жалко, вы никого не любите. За что вы не любите сына? Зачем вы ревнуете его ко мне и гоните его? Он — больной, несчастливый — виноват он в этом?
Антипа. А я — виноват, что здоровее его? Виноват, что никудышных людей — не жалко мне? Я — дело люблю, я люблю работу! На чьих костях жизнь строена, чьим потом-кровью земля полита? Не такие люди этому служили, как он да ты! Может он мой труд на себя принять?
Софья. Довольно…
Антипа. От моей да отцовой работы сотни людей сыты живут, в гору пошли. А он — что? Я — грех сделал, так ведь я же и дело делаю, я! Вас, добрых, послушать — всякое дело перед кем-то грех… Неверно это! Отец мой говаривал: коли бедность не убить — греха не избыть, вот это — верно!
Павла. Про вас везде нехорошо говорят…
Антипа. Ну, так что? Говори! Из зависти говорят, богатый я! И все должны быть богаты, все должны в силе быть — чтобы друг другу не служить, не кланяться… Будут люди жить независимо, без зависти — хороши будут; не достигнут до этого — пропадут в низости своей… Это — Софьины слова, верные слова!
(Софья внимательно смотрит на брата.)
Павла. А — Миша?
Антипа. Что ж я тут сделаю? Ничего не могу я… Не вижу вины моей пред ним! (Тише.) Может, вот перед тобой виновен… ну, увидал, понравилась… захотелось порадоваться с тобой, отдохнуть… али я отдыха не заслужил?
Павла. Господи! Неужели нельзя жить в тихом мире, друг друга, любя друг друга, всех любя?