Целованьева. Встрёпана ты очень, Паша…
Павла (взглянув в зеркало). Ой, ужас! Что ж вы раньше-то не сказали?
Целованьева. Время не было…
Павла. Вы — извините, я уйду…
Муратов. О, пожалуйста…
Павла. Так что — Миша скоро встанет?.
Муратов. Не знаю… Доктор сказал, что организм его очень истощён пьянством и распутством…
Павла. Ой, как вы…
Целованьева. А ты иди-ка, иди! Не тебя это касается…
(Муратов садится в кресло у стола, согнулся, схватил голову руками, имеет вид человека, которому очень тяжело. Входит Софья, при виде Муратова её усталое лицо становится суровым. Он поднял голову, медленно выпрямился.)