Мастаков. Злой ты человек!
Старик. Мы все одного завода кони, только разной масти.
(Пауза.)
Старик (начинает говорить негромко и жалобно, но — быстро переходит в тон насмешливый и властный). Вот, Митрий, сидим мы с тобой друг против друга, оба — грешники, только я — отстрадал за грехи мои смиренно, но закону, а ты — бежал страдания-наказания. Я — высох до костей, а ты — распух в богатстве, на мягких стульях сидя. И вот — встретились мы. Я тебя семь годов искал — была у меня вера, что ты жив-здоров и в добром порядке. Да…
Мастаков. Говори скорее.
Старик. Не торопись, обожжёшься!.. Знаешь — как детишкам за столом говорят, когда щи горячие поданы? Не торопись — обожжёшься! Так вот — искал я тебя. Любопытно мне было поглядеть на смелого человека, который через закон перешёл. Христос за чужие грехи отстрадал, а ты за свой — не восхотел. Ты — смелый!
Мастаков. Я тому греху не причастен, я ошибкой осужден…
Старик. Все мы так говорим пред земным судом, друг пред другом, это я знаю! Я сам так говорил, в своё время…
Мастаков. Я жил доброй жизнью в эти годы…
Старик. Ишь ты что! Нет, Гусев, это не годится! Эдак-то всякий бы наделал мерзостев земных да в добрую жизнь и спрятался. Это — не закон! А кто страдать будет, а? Сам Исус Христос страдал, древний закон нарушив. Закон был — око за око, а Христос повелел платить добром за зло.