Богомолов. Приказывать я не умею, могу только советовать или убеждать.
Жан. Всего убедительнее — страхи. Государство держится страхами, — это факт! Вы рассуждаете как социалист, как человек преждевременный. Жизнь — поверьте мне — очень запутанная штука, кто в этом виноват — неизвестно. В поисках виноватого хватают богатого, но — ведь это только потому, что он виднее.
Богомолов. Забавно вы говорите.
Жан. А, боже мой! Я знаю жизнь, и она меня знает!
Богомолов. И многое у вас очень метко…
Жан. Так вот, дорогой мой, вы не беспокойтесь, — всё устроится, всё будет по-хорошему… Мы, идеалисты, понимаем друг друга с двух слов. Сейчас я распоряжусь насчёт улучшения харчей.
Богомолов. К завтрему я составлю смету.
Жан. Да вы не торопитесь… [ (Уходит.) ]
(Богомолов, допивая остывший кофе, хмурится, бормочет что-то.)
Ольга. Ты что говоришь?