Богомолов. Нигде я не видал таких бездельников, как здесь, и сам никогда не чувствовал себя таким бездельником. Здесь никого нет? Огонь, вино… Сядемте? А где же люди?
Верочка. Ваша жена с Ладыгиным и Ниной Аркадьевной катаются на лодке.
Богомолов. Знаете — я впервые на юге, и мне кажется, что люди здесь, точно ленивые, сытые пчёлы, висят в воздухе, тихо кружатся над каким-то невидимым цветком.
Верочка. Невидимый цветок? Как хорошо сказали вы это!
Богомолов. И сам я тоже повис в воздухе над ним.
Верочка. Но — что же это? Какой цветок?
Богомолов. Может быть — любовь или мечта о чём-то недостижимом.
Верочка. Как странно, что вы романтик.
Богомолов. Почему странно? Все люди романтики. У меня есть приятель, он называет себя реальным политиком и убеждён, что через двадцать пять лет — в России будет нечто вроде земного рая. Это тоже романтизм.
Верочка. Вы так много работаете — целые дни!