— Буде дрыхнуть-то! Тащи дров! Ставь самовар! Чисти картошку!..
Просыпался Саша и ныл:
— Что ты орёшь? Я хозяину скажу, спать нельзя…
Быстро передвигая по кухне свои сухие кости, она сверкала в его сторону воспалёнными бессонницей глазами:
— У, богова ошибка! Был бы ты мне пасынок, я бы тебя ощипала.
— Проклятая, — ругался Саша и по дороге в магазин внушал мне: — Надо сделать, чтоб её прогнали. Надо, незаметно, соли во всё подбавлять, — если у неё всё будет пересолено, прогонят её. А то керосину! Ты чего зеваешь?
— А ты?
Он сердито фыркнул:
— Трус!
Кухарка умерла на наших глазах: наклонилась, чтобы поднять самовар, и вдруг села на пол, точно кто-то толкнул её в грудь, потом молча свалилась на бок, вытягивая руки вперёд, а изо рта у нее потекла кровь.