— Не твое, — сказала бабушка. — А коли хочешь, садись с нами, и на тебя хватит.
Он сел к столу, молвив тихонько:
— Налей…
Всё в комнате было на своём месте, только угол матери печально пустовал, да на стене, над постелью деда, висел лист бумаги с крупной подписью печатными буквами:
«Исусе Спасе едино живый! Да пребудет святое имя твоё со мною по вся дни и часы живота моего».
— Это кто писал?
Дед не ответил, бабушка, подождав, сказала с улыбкой:
— Этой бумаге сто рублей цена!
— Не твоё дело! — крикнул дед. — Всё чужим людям раздам!
— Раздавать-то нечего, а когда было — не раздавал, — спокойно сказала бабушка.