Он отвечал, сконфуженно посмеиваясь:
— Ну, и вы, звери-курицы, тоже довольно жуликоваты!
— Да ведь как иначе, друг? — сознавался Ефи-мушка, а серьезный Петр говорил:
— Тем и жив, что украдешь, а что выработаешь — богу да царю…
— Вот и мне охота объегорить вас! — смеялся хозяин.
Они добродушно поддерживали его:
— Поддедюлить, значит?
— Подкузьмить?
Григорий Шишлин, прижимая руками к груди пышную бороду, певуче просил:
— Братцы, а давайте просто дела делать, без обмана? Ведь ежели честно жить, — так ведь как хорошо, спокойно, а? Народ родной, а?