— На Рыбнорядской, в номерах за какими-то.
— Не знаешь фамилию?..
Улыбаясь, она ответила:
— Вот я скажу ему, про что ты спрашиваешь меня! Идёт… Гурочку-то он выследил…
И отскочила к печке.
Никифорыч принёс бутылку водки, варенья, хлеба. Сели пить чай. Марина, сидя рядом со мною, подчёркнуто ласково угощала меня, заглядывая в лицо моё здоровым глазом, а супруг её внушал мне:
— Незримая эта нить — в сердцах, в костях, ну-ко — вытрави, выдери её? Царь — народу — бог!
И неожиданно спросил:
— Ты вот начитан в книгах, евангелие читал? Ну, как, по-твоему, всё верно там?
— Не знаю.