— Ничего не мычувствуем, — сердито ответил Миронов.
— А что же вам болит?
— Что такое — вамболит? — задорно и насмешливо спросил Миронов.
— А спали как?
— Лёжа.
Миронов засмеялся, восхищаясь бойкостью и остроумием своих ответов. Он чувствовал себя бодро, даже весело, а человек этот нравился ему, хотя он дышал запахом ваксы, но — тучный, коротенький — смешно напоминал ожившую игрушку «ванька-встанька». Лицо у него было надутое, синее, и по синеве его забавно плавали какие-то необыкновенные, жёлтые глаза, как звёзды без лучей, — такие звёзды бывают влажными ночами. Миронов взглянул в окно, — по небу быстро плыло синеватое облако, напоминая что-то вчерашнее, неприятное…
Щёлкнув челюстью, человек потёр ладонью свой синий подбородок и сказал:
— Вы меня знаете, — нет? Я — фельдшер Исаков, Исааков…
Миронов несколько смутился спросил:
— Который час?