Петя, завёрнутый в складки пёстрой скатерти, с абажуром на голове, с скучным лицом смотрел на неё, хмуря брови.
— Ты раздеваешься?
— Да… А что же уж? — спросила Соня.
— Я не хочу, чтоб ты раздевалась…
— Какой! — сделала гримаску Соня.
— Я могу не хотеть этого! Потому что теперь я твой муж, как папа мамин. Я…
— Я не играю ведь!
— А я не хочу, чтоб ты не играла… Ты моя жена и должна меня слушаться… Не раздевайся…
— Не кричи… Дурак!
— Ты не смеешь ругаться, — дура! — злобно вскричал Петя.