Вот что пишет человек, которого «гнетёт одиночество и тоска» и который «по ночам» пишет «для кого-то, как будто близкого ему, но неизвестно где находящегося»:
«Прошли века и народы разных поколений, а мудрецы их — все ищут счастья, и счастья миру не нашли. К чему стремитесь вы, народы, и зачем фанатизмом творите злобу и войну? Ведь этим себя лишь вы разите, и противна ваша злоба Моисею и Христу. Кто жив теперь и остался с нами из всех людей былых веков? Жив лишь тот, кто творил добро народу и не вмещал себя в условных рамках тупой и пошлой суеты. Он, как Прометей, свободу, правду, счастье людям ищет и на пути все цепи рвет. Он часто сам за это гибнет, но честь и слава о нем в народе не умрет. Старики будут внукам быль рассказывать о былых его делах, а молодежь хороводом о нем громко песню пропоет. Знаю, тяжела жизнь твоя, скиталец бедный, но позабудь все обиды, печаль, горе и тоску, поднимись и спой-ка песню удалую, чтоб показалась жизнь свободна и легка.»
Приведу ещё отрывок из стихотворения, напечатанного в газете «Ясный сокол» за 1909 год; в нём есть строчка, поражающая своим противоречием действительности:
«Да, товарищ. Не время скорбеть.
В нашем мире печалям нет места.
Песни надо иные нам петь,
Чтоб в них слышался голос протеста.»
Подражая Кольцову, томский рабочий восклицает:
«…встряхнись,
Русь могучая,