Когда я осматривал великолепный московский Дом Красной Армии, когда прислушивался в лагерях к обучению бойцов грамоте, смотрел на их занятия в поле, — память воскрешала мрачные картины рекрутских наборов старого времени, картины казарменной жизни солдат, грубость и жестокость учёбы и весь этот дикий ужас фабрикации «пушечного мяса». Далеко ушла Красная Армия от прошлого, и уже никогда, никому не позволят наши бойцы повернуть их назад, потому что всякий поворот назад был бы поворотом к их борьбе против себя, а не за себя, не за то, что завоёвано отцами и старшими братьями. Вспомнилось также и о том, что в час, когда я свободно беседую с красными бойцами, — лагеря и казармы Европы наполнены крестьянами и рабочими, которых усердно готовят к позорному делу взаимного истребления, к новой бойне, которая будет ещё более ужасной, чем бойня 1914-18 годов, наградит мир новыми миллионами трупов, десятками тысяч изуродованных людей, тысячами обезумевших от страха, миллионами вдов и сирот. Снова станут разрушать города, деревни, вытаптывать поля, портить плодородную землю и всячески уничтожать плоды прекрасного человеческого труда — уничтожать культуру.
Вспомнилось, что сейчас десятки и сотни тысяч рабочих на фабриках Европы делают пушки, ружья, взрывчатые вещества и ядовитые газы — всё это для того, чтоб убивать друг друга. Для кого, для чего необходимо взаимное истребление рабочим народом самого себя? Для нескольких десятков тысяч очень богатых и совершенно безответственных людей, которые «правят миром», то есть живут чужим трудом, чужой кровью, заражая трудовой народ — как вши тифом — болезнями жадности, зависти и вражды.
Этой кучке морально тупых, выродившихся людей, которые, опираясь на безволие и слепоту рабочей массы, правят миром, Советская власть предложила два плана разоружения. В первом плане говорилось о полном разоружении армии, предлагалось закрыть все фабрики, изготовляющие всё необходимое для массового убийства людей, — убийства, которое, почему-то, не считается преступлением. Если б это предложение было принято правительствами Европы, оно освободило бы миллиарды золота, которые затрачиваются на истребление рабочих людей, вооружённых друг против друга. Сотни миллиардов пошли бы на облегчение труда, на создание более лёгких условий жизни, на развитие культуры, на сельское хозяйство. Люди, командующие отвратительной действительностью, люди, создавшие эту тяжёлую, позорную жизнь, полную непримиримых противоречий, вражды, злобы, преступлений, — люди эти, конечно, отказались разоружиться.
Отказались они и от второго предложения — разоружиться не вполне, а частично. Этим отказом они признали, что без войны, без массового убийства они не могут существовать. Этим отказом они признали, что основой их власти служат сотни тысяч вооружённых рабочих и крестьян, физическая сила которых — единственный источник власти и богатства буржуазии. Она грабит рабочих людей и заставляет ограбленных ею защищать её. Вот как просто основано господство буржуазии. Надо сказать, что те люди, которые, позволяя грабить себя, защищают грабителей с оружием в руках и не щадя себя, — тоже… простаки. Вообще — всё изумительно просто, вполне понятно, непонятно только одно: почему трудовые массы народа так медленно понимают мерзость этой простоты?
Представьте себе такую сцену: пойман привычный убийца, его поймали добродушные люди и говорят ему:
«Брось нож, перестань убивать людей, нехорошо это!»
«Не могу, — отвечает он. — Если я перестану убивать, — мне жить нечем будет».
Этот простецкий ответ и есть ответ правительств Европы на предложение Советской власти, сделанное М.М. Литвиновым. И, ответив так просто, ясно, буржуазия Европы усердно и непрерывно натачивает ножи против рабоче-крестьянской власти Союза Советов.
Строительство новой жизни в Союзе Советов развивается в условиях трудных, а всё-таки успешно, и успехи, достигнутые в разных областях труда, изумительны, если не забывать о всей сложности условий, в которых живёт и работает наш трудовой народ. Нет сомнения в том, что успехи были бы ещё более значительны, если б народ не был поставлен в необходимость тратить огромные средства на свою самозащиту, на армию своих бойцов. Враг жаден, хитёр и богат, ему есть где и есть на что купить достаточное количество «пушечного мяса». Он может купить румын,
поляков и — мало ли на земле слепых людей, которые ещё не доросли до сознания своих действительных интересов! Наш трудовой народ должен это знать, но он может смотреть в будущее без страха, — защита у него прекрасна — не только потому, что у неё хорошие штыки, но, главное, потому, что её вооружили непобедимой правдой, её научили понимать бесчеловечную «простоту» капиталистического государства. Красная Армия не только боевая сила, она — культурная сила. Она является мощной организацией, которая втягивает огромные массы трудового населения Союза Советов в общественную и государственную культурную работу. Она очень хорошо способствует росту культурной революции, внося в деревню грамотность, а культура — это та сила, которая только одна может помочь Союзу Советов опередить капиталистические страны в деле развития своих производительных сил, в быстроте хозяйственного роста. Готовясь к обороне страны, Красная Армия уже перешла в наступление на хозяйственную и политическую косность массы, на её древние предрассудки и предубеждения.