В сердце страх пробрался, точно тать,
Вслед за ним ползла тоска седая…
Голова давно уж в серебре,
И не тешат праздничные трели,
Мы горим на беженском костре,
Но ещё как будто не сгорели…
Спим — и видим милый отчий кров,
Из тюрьмы воздушный строим терем,
Всё ещё чего-то жадно ждём,
Всё ещё во что-то страстно верим.