По английским газетам, семнадцатилетняя радиотелеграфистка парохода «Роза Люксембург», потерпевшего аварию в Ламанше, оставалась на борту и отправляла сигналы о катастрофе до поры, пока вся команда не спустилась на воду в шлюпках.
Люди прошли на лыжах 5 200 вёрст, люди ежедневно и непрерывно тратят энергию на социалистическое соревнование в труде, работают на островах, во льдах и бурях Ледовитого океана, на плоскогорьях и в ущельях Памира, у подножья Алагеза, в сибирской тайге, среди болот Белоруссии, на морях Каспийском и Охотском.
На далёком севере, между Америкой и Азией, живёт на льду, повисла над глубиною океана, проглотившего их судно, группа людей, которых в любой момент льдина может сбросить с себя. Живут и, ожидая, когда им удастся перебраться на материк, спокойно беседуют с Москвой.
На всех точках нашей огромной, многообразной, богатейшей страны обнаруживают совершенно изумительную стойкость, выносливость, неистощимость молодой и дерзновенной энергии.
Что возбуждает в нашей молодёжи энергию, которая, проявляясь всё более часто и ярко, вызывает изумление и восхищение даже у врагов?
Её возбуждает сознание высокой цели, поставленной пред нами гением Ленина, — цели, по пути к которой так решительно и успешно ведёт нас Иосиф Сталин с товарищами. Эта энергия будет расти всё более мощно и обильно, по мере того как в стране нашей будут перегорать, исчезать остатки унаследованных нами мелких и пошлых основ собственнической, зоологической психики индивидуализма. Эта психика, целиком поглощая физическую энергию большинства людей рабочего класса и крестьянства, всячески ограничивала рост их интеллектуальной энергии, оставляя пред нею лишь один узкий путь, искажающий людей, — путь к индивидуальному благополучию во что бы то ни стало, путь для единиц наиболее цепких, для приспособленцев, не стыдившихся жить «применительно к подлости».
Говорят: «Война родит героев», но, разумеется, она гораздо больше уничтожает героев. А вот наша боевая, творческая жизнедеятельность действительно воспитывает поколение героев, — поколение, которое, противопоставляя энергию разума своего механическому «разуму природы», всюду и всё чаще побеждает её инертное сопротивление деяниям, изменяющим мир.
О языке
Известно, что все способности, отличающие человека от животного, развились и продолжают развиваться в процессах труда; способность членораздельной речи зародилась тоже на этой почве. В глубокой древности речь людей была, разумеется, крайне бедна, количество слов — ничтожно. Создавались и действовали только слова глагольных форм, соответствующие современным: рубить, тащить, поднимать и т. д., слова измерительные: тяжело, коротко, близко, длинно — далеко, горячо — холодно, больно и пр. Даже наименование орудий труда явилось гораздо позднее, уже в ту пору, когда человек нашёл возможным командовать кому-то: подай, принеси, положи, отломи…
Речь обогащалась новыми словами в прямой зависимости от расширения трудовых приёмов, вызванных возрастающим разнообразием целей труда и сообразно осложнению этих приёмов. Легко понять, что эта речь совершенно исключала наличие в ней слов бессмысленных.