Он хотел ещё что-то сказать, но закашлялся, опёрся дрожащими руками о ствол дерева и кашлял долго, топчась ногами на одном месте, взмахивая головой, широко раскрывая рот.
Пляши-нога пристально смотрел в его лицо, осунувшееся, землистое и зеленоватое от лунного света.
— Всех ты леших в лесу перебудишь!.. — угрюмо сказал он наконец.
А когда Уповающий откашлялся и, закинув голову, вздохнул, он тоном приказания предложил ему:
— Отдохни!
Они сели на сырую землю, в тень кустов. Пляши-нога свернул папиросу, закурил, посмотрел на её огонь и медленно начал:
— Ежели бы у нас дома была какая-нибудь еда-то можно бы нам и воротиться домой…
— Это — верно!.. — согласился Уповающий.
Пляши-нога искоса взглянул на него и продолжал:
— Но как дома у нас ничего — должны мы идти…