И вдруг, однажды утром лежу я на койке, стараясь найти какие-либо основания для того, чтоб не идти на лекции, — отворяется дверь, и эта отвратительная Тереза возглашает с порога басом:
— Бывайте здоровы, пане студент!
— Что вам угодно? — говорю. Вижу — лицо у неё смущённое, просительное… Необычное для неё лицо.
— Видите ли, пане, буду я вас просить об одном деле… уж вы сделайте мне его!
Я лежу, молчу и думаю:
«Подвох! Покушение на мою чистоту, ни больше ни меньше. Крепись, Егор!»
— Нужно бы мне, видите, письмо послать на родину, — говорит она, и так умоляюще, тихо, робко.
«Э, думаю, чёрт с тобой, изволь!»
Встал, сел к столу, взял бумагу и говорю:
— Проходите сюда, садитесь и диктуйте…