Надя взглянула на нее и заметила:
— Это ты из романов…
А мамаша нашла еще поговорку:
— На что благородство, коли нет воеводства… старики говорили… Ну, а про доктора что ты скажешь, пророчица?
— Доктор? Я бы лучше в погреб села, чем за него идти.
— Он красивый, — сказала Надя равнодушным голосом.
А Матрена Ивановна рассердилась и укоризненно стала качать головой:
— Ах, девка, девка! Совеем ты дурная! На-ко! Самого-то настоящего, который всех умнее, — швырь в сторону! Ду-ура! Он, гляди, лошадь хочет завести, а им всем кошку покормить нечем. Да кабы я, — я бы за него и вышла, потому лучше-то нет. С ним и под руку-то по улице пройти приятно. Мужчина видный, борода длинная, ходит степенно, ноги прямые… не как у Ерастушки, в разные стороны не играют…
— Он красивый… — мечтательно повторила Надя.
— А всего удобнее за Эраста Лукича выйти, — сказала Лида, не возражая на выговор Лаптевой.