За буфетом стоял Терентий. В уши Илье лез его вежливый, робкий голос:
— Вам за три или за пять копеек?.. Икорки? Икорка вся вышла… Селёдочкой закусите…
На другой день Илья нашёл себе квартиру — маленькую комнату рядом с кухней. Её сдавала какая-то барышня в красной кофточке; лицо у неё было розовое, с остреньким птичьим носиком, ротик крошечный, над узким лбом красиво вились чёрные волосы, и она часто взбивала их быстрым жестом маленькой и тонкой руки.
— Пять рублей за такую миленькую комнатку — недорого! — бойко говорила она и улыбалась, видя, что её тёмные живые глазки смущают молодого широкоплечего парня. — Обои совершенно новые… окно выходит в сад, — чего вам? Утром я вам поставлю самовар, а внесёте вы его к себе сами…
— Вы горничная? — с любопытством спросил Илья.
Барышня перестала улыбаться, у неё дрогнули брови, она выпрямилась и с важностью сказала:
— Я не горничная, а хозяйка этой квартиры, и муж мой…
— Да разве вы замужем? — с удивлением воскликнул Илья и недоверчиво оглянул сухонькую, стройную фигурку хозяйки. На этот раз она не рассердилась, а засмеялась звонко и весело.
— Какой вы смешной! То горничной называет, то не верит, что замужем…
— Да как верить, ежели вы совсем девочка! — тоже с усмешкой сказал Лунёв.