— Эх! Сказал бы я…
— Ну, что? Ну, осмелел я, скажем… А потом что делать?
— Потом?
— Ну да!
— Я скажу!
— Говори.
— И скажу, только…
— Сказать нечего, — решительно пробормотал Ванюшка.
Салакин беспокойно завозился на нарах. А Ванюшка повернулся спиной к нему и, безнадёжно, с тоской, вздохнув, прошептал:
— О, господи, хоть бы корку какую…