Барон (тоже смеется). Дедка! Ты думаешь — это правда? Это все из книжки «Роковая любовь»… Все это — ерунда! Брось ее!..
Наташа. А тебе что? Ты! Молчи уж… коли бог убил…
Настя (яростно). Пропащая душа! Пустой человек! Где у тебя — душа?
Лука (берет Настю за руку). Уйдем, милая! ничего… не сердись! Я — знаю… Я — верю! Твоя правда, а не ихняя… Коли ты веришь, была у тебя настоящая любовь… значит — была она! Была! А на него — не сердись, на сожителя-то… Он… может, и впрямь из зависти смеется… у него, может, вовсе не было настоящего-то… ничего не было! Пойдем-ка!..
Настя (крепко прижимая руки ко груди). Дедушка! Ей-богу… было это! Все было!.. Студент он… француз был… Гастошей звали… с черной бородкой… в лаковых сапогах ходил… разрази меня гром на этом месте! И так он меня любил… так любил!
Лука. Я — знаю! Ничего! Я верю! В лаковых сапогах, говоришь? А-яй-ай! Ну — и ты его тоже — любила?
Уходят за угол.
Барон. Ну и глупа же эта девица… добрая, но… глупа — нестерпимо!
Бубнов. И чего это… человек врать так любит? Всегда — как перед следователем стоит… право!
Наташа. Видно, вранье-то… приятнее правды… Я — тоже…