Бубнов. Что тебя — черт боднул? Ишь ты… взвыл как!
Клещ снова ложится на свое место и ворчит.
Барон. А… надо мне к Настёнке мириться идти… не помиришься — на выпивку не даст…
Бубнов. Мм… Любят врать люди… Ну, Настька… дело понятное! Она привыкла рожу себе подкрашивать… вот и душу хочет подкрасить… румянец на душу наводит… А… другие — зачем? Вот — Лука, примерно… много он врет… и без всякой пользы для себя… Старик уж… Зачем бы ему?
Барон (усмехаясь, отходит). У всех людей — души серенькие… все подрумяниться желают…
Лука (выходит из-за угла). Ты, барин, зачем девку тревожишь? Ты бы не мешал ей… пускай плачет-забавляется… Она ведь для своего удовольствия слезы льет… чем тебе это вредно?
Барон. Глупо, старик! Надоела она… Сегодня — Рауль, завтра — Гастон… а всегда одно и то же! Впрочем — я иду мириться с ней… (Уходит.)
Лука. Поди-ка, вот… приласкай! Человека приласкать — никогда не вредно…
Наташа. Добрый ты, дедушка… Отчего ты — такой добрый?
Лука. Добрый, говоришь? Ну… и ладно, коли так… да!