Басов. Варя! Какой клев! Изумительно! Доктор, при всей его неспособности, и то — сразу — бац! Вот какого окуня!.. Дядя — трех… (Оглядывается.) Ты знаешь, сейчас иду сюда, и вдруг — представь себе! Там, около беседки, у сухой сосны, Влас на коленях перед Марьей Львовной! И целует руки!.. Каково? Голубчик мой, скажи ты ему — ведь он же мальчишка! Ведь она ему в матери годится!
Варвара Михайловна (негромко). Сергей, послушай: пожалуйста, молчи об этом… ни слова никому! Ты не понимаешь!.. Ты неверно понял… Я боюсь, ты расскажешь всем… и это будет нехорошо — пойми.
Басов. Что ты волнуешься так? Ну, не надо говорить — и не надо! Но как это глупо, а? И Марья Львовна:
Варвара Михайловна. Дай мне честное слово, что ты забудешь об этом! Дай!
Басов. Честное слово?.. Даю… Черт с ними! Но объясни мне…
Варвара Михайловна. Я ничего не могу объяснить… но я знаю, что это не то, о чем ты думаешь… это — не роман!..
Басов. Ага! М-да! Не роман? Гм! А что же, Варя? Ну, ну, молчу, не волнуйся! Я иду ловить окуней и — ничего не видал! Ах да, постой! Ты знаешь, этот Яшка, — вот скотина, а?
Варвара Михайловна (испуганно). Что такое, Сергей? Что еще?
Басов. Да что ты так… курьезно относишься ко всему? Эта история совсем в другом роде…
Варвара Михайловна (негромко, брезгливо). Послушай… Я ничего не хочу знать… пойми меня! Не хочу, Сергей!