Фима. Что я, не умею, что ли, с посудой обращаться?
Антоновна. Ну, ну, не козыряй! Про что тебя купчиха спрашивала?
Фима (идя в столовую). Про Лизавету Федоровну, насчет здоровья…
Антоновна (за ней). Чай, сама бы пошла да поглядела, чем прислугу выспрашивать…
(Входит Назар Авдеев с террасы, снимает картуз, осматривает комнату, вздыхая, щупает пальцем обои. Кашляет.)
Фима (в столовой). Она и пошла. А прислуга — тоже человек. И вы ведь прислуга…
Антоновна. Я знаю, кто я. А только природные господа с прислугой не разговаривают… они отдадут приказание — и всё… да! А теперь все норовят в баре, а повадки — как у твари… Кто это? (Выходит.)
Назар. Это мы. Доброго здоровьица, нянюшка!
Антоновна. Вы что?
Назар. Мне бы Павла Федоровича… Разговор к нему имею…