Степанида. Ишь ты… Оно и видать…
Акулина Ивановна. Певчий наш был?
Степанида. И певчий, и Петр Васильич… Песни орал певчий-то… часов до двух орал… вроде как бык ревел…
Акулина Ивановна. Петя-то когда воротился?
Степанида. Да светало уж, как дверь-то я ему отперла…
Акулина Ивановна. Охо-хо…
Петр (входит). Ну, Степанида, возись скорее и уходи…
Степанида. Сейчас… Я сама рада скорее-то…
Петр. А рада — так больше делай, да меньше разговаривай… (Степанида фыркает и уходит.) Мама! Я вас не однажды просил поменьше разговаривать с ней… Ведь это же нехорошо, — поймите вы, наконец! — вступать в интимные беседы с кухаркой… и выспрашивать у нее… разные разности! Нехорошо!
Акулина Ивановна (обиженно). Что же, у тебя прикажешь спрашиваться, с кем говорить мне можно? Ты своей беседой меня с отцом не жалуешь, так позволь хоть со слугой-то слово сказать…