— Что он будет делать? — спросила Софья, расхаживая по комнате.
— Его решили пристроить наборщиком в новую типографию. до того времени поживет у лесничего.
Брови Саши нахмурились, лицо приняло обычное суровое выражение, и голос звучал сухо. Николай подошел к матери, перемывавшей чашки, и сказал ей:
— Вы послезавтра на свидание идете, так надо передать Павлу записку. Понимаете — нужно знать…
— Я понимаю, понимаю! — торопливо отозвалась она. — Я уж передам…
— Я ухожу! — заявила Саша и, быстро, молча пожав всем руки, шагая как-то особенно твердо, ушла, прямая и сухая.
Софья положила руки на плечи матери и, покачивая ее на стуле, с улыбкой спросила:
— Вы, Ниловна, любили бы такую дочь?..
— О господи! Хоть день один видеть их вместе! — воскликнула Власова, готовая заплакать.
— Да, немножко счастья — это хорошо для каждого!.. — негромко заметил Николай. — Но нет людей, которые желали бы немножко счастья. А когда его много — оно дешево…