— Не знаю…
Но подумав, объяснил:
— Я — выдающее записываю. Вот это интересней будет:
«Того же, Сентября 20-го дня.
У Маклаковых беда: Фёдоров дядя знахарку Тиунову непосильно зашиб. Она ему утин лечила, да по старости, а может, по пьяному делу и урони топор на поясницу ему, он, вскочив с порога, учал её за волосья трепать, да и ударил о порог затылком, голова у неё треснула, и с того она отдала душу богу. По городу о суде говорят, да Маклаковы-то богаты, а Тиуниха выпивала сильно; думать надо, что сойдёт, будто в одночасье старуха померла».
Постоялка вместе со стулом подвинулась ближе к нему, — он взглянул на неё и испугался: лицо её сморщилось, точно от боли, а глаза стали огромными и потемнели.
— Я ничего не понимаю! — странно усмехаясь, молвила она. — Что такое утин? Зачем топор?
«Ага! — подумал Кожемякин, оживляясь, — и ты не всё знаешь!»
И стал объяснять, глядя в её недоумевающее лицо:
— Это — средство такое старинное…