— Плохой — сам обокрадёт.
— Толкуй с тобой! — воскликнул Кожемякин, невольно засмеявшись. — И не поймёшь: не то дурачок ты, не то — ребёнок, несмышлёная голова…
И почти до рассвета они мирно беседовали.
— Живёшь ты — нехорошо! — убеждённо доказывал Дроздов. — Никакого удовольствия в этой жизни, никаких перемен нет…
— А как бы, по-твоему, жить? — насмешливо спрашивал Кожемякин.
— Да так как-нибудь, чтобы сегодня одно, назавтра — другое, а через месяц там — третье что-нибудь!
— В тюрьму и сядешь эдак-то.
— Везде люди одинаковы…
— Ты сидел?
— Я? Одиннадцать месяцев…