— Подумаю-с…
Ответ не понравился Кожемякину, а слово-ер-с показалось даже неуместным и обидным.
Лёжа в постели, он думал:
«Завтра же и поеду. Один, так один, не привыкать стать! Будет уж, проболтался тут, как сорина в крупе, почитай, два месяца. А с теми — как-нибудь улажусь. Поклонюсь Марку Васильеву: пусть помирит меня с Максимом. Может, Максимка денег возьмёт за бесчестье…»
Утром, встретив Тиунова, он объявил:
— Сегодня к вечеру еду…
— Сегодня?
Кривой пытливо обвёл его тёмным глазом, поджал губы и пожелал:
— Доброго пути, когда так…
— Воротитесь — заходите!