— На три! — сказал Кожемякин.
— Шутите.
Сухобаев встал, прямой как гвоздь, подумал и спросил:
— Сколько можете дать денег?
— Пятьдесят тысяч.
— Мало-с. У вас должно быть вдвое и даже больше-с. Давайте все!
— Боязно, — сказал Кожемякин, усмехаясь.
— Закладные выдам на землю, гостиницу, дом, векселя возьмите!
Снова сел и таким голосом, как будто дело было решено, заговорил:
— Извольте рассудить: Базунов городу не голова, толка от него никому нет и не будет, — в головы должен встать здесь — я-с!