— От того самого, что причастие к жизни должно иметь свой порядок-с!
— Это какой же?
— А такой: сначала я, а после и вы, — да-с!
— Я вперёд вас не забегаю, но — спрашиваю вас: вы до сего дня где были?
— Я? Тут!
— Так-с! А здесь что — Россия или нет?
— Здесь-то?
Сухобаев замолчал, видимо, боясь ответить.
— То-то и есть, — говорил Тиунов, как-то всхрапывая, — то-то вот и оно, что живём мы, а где — это нам неизвестно!
— Вот — верно! — согласился Кожемякин. — Василий Васильич, это, брат, верно!