— Ты бы выписал книг, Сергей, — предложила она ему.

— Книг? — задумчиво переспросил он. — Каких же книг?

И стал озабоченно потирать свой жёлтый лоб со взлизами лысины на висках.

— По русской литературе…

— Всякая книга — литература, это мне ничего не объясняет, ты знаешь — я не очень сведущ в литературе. Сделаем так: я напишу Дьяконову, он большой книжник, пусть составит списочек лучшего… а ты выберешь…

— Я сама составлю. Дьяконов — это который всегда ухмыляется, рябой?

— Да.

— Почему он такой — скептик, не верующий ни во что?

— Н-не знаю. Он очень много перенёс, он тоже из бедной семьи…

— Скучные вы, из бедных семей, — негромко сказала Варвара Дмитриевна. — Мне кажется, что переоценили вы ваши усилия добиться сытого куска, а когда добились его — переоценили кусок. Самолюбивые вы.