Смурый ударил себя по колену кулаком, потом почесал колено, говоря:
- Постойте, успеете...
И задумался. Я смотрел на буфетчика, он - на меня, но казалось, что за очками у него нет глаз.
Он жил тихо, ходил бесшумно, говорил пониженным голосом. Иногда его выцветшая борода и пустые глаза высовывались откуда-то из-за угла и тотчас исчезали. Перед сном он долго стоял в буфете на коленях у образа с неугасимой лампадой, - я видел его сквозь глазок двери, похожей на червонного туза, но мне не удалось видеть, как молится буфетчик: он просто стоял и смотрел на икону и лампаду, вздыхая, поглаживая бороду.
Помолчав, Смурый спросил:
- Серёжка давал тебе денег?
- Нет.
- Никогда?
- Никогда.
- Он не соврёт, - сказал Смурый буфетчику, а тот негромко ответил: