Веселкина. Вы, Пелагея Ивановна, Архипа Фомича любите?
Притыкина. Я-то его очень, да он-то меня не особенно... Ну, что ж делать? Сама виновата: не ходи сорок за двадцать... Вон - голова идет... и сама рожденница с ним... очень милая женщина!
(Идут Богаевская, Редозубов с сыном, Павлин. Дробязгин подтягивается, принимая скромный вид. Гриша делает ему дружеские гримасы, Веселкина смеется, видя это.)
Павлин. Я говорю ей: монастырь - это, девушка, не трудно, а ты вот гнусного родителя твоего возьми и пригрей, - это ноша, это, говорю, крест...
Редозубов. Слышишь, Гришка?
Гриша. Слышу... Ведь я в монастырь не хочу... чего же?
Редозубов. Эх... дурак!
Притыкина. Уж как все хорошо у вас, Татьяна Николаевна! Всего-то много, и все вкусное, все редкое... ох, дорогая вы моя, как это приятно!
Богаевская. Ну, я рада, коли угодила... Жарко вот очень...
Притыкина. А вы лимонаду с коньячком... меня Сергей Николаевич научил лимонад с коньяком пить... освежает!