Н а т а л ь я. Позвольте, мамаша?
В а с с а. Что позволить? Ну?
Н а т а л ь я. Мы не прислуги... мы теперь - хозяева!
В а с с а (тихо). Вон!
(Семён воротился, Павел встал с пола, волочит ногу, идёт к матери, держась за стулья.)
Н а т а л ь я. Не кричите! Сеня - она кричит...
С е м ё н (стараясь говорить внушительно). Нет, мамаша, довольно! Мне - двадцать семь лет, ему - двадцать четыре... против этого не поспоришь! (Мать приподняла очки на лоб и в упор смотрит на сына.) Что вы смотрите? Тут как ни смотрите - закон совершеннолетия... сыновья - наследники... стало быть... спора нет!..
В а с с а (спокойно, Павлу). Иди, взгляни, что с дядей...
П а в е л. Не хочу... Не пойду...
С е м ё н. Да... Уж теперь - как мы желаем!