В окне, точно в раме, торчит большое лицо с опаловым глазом. Лениво двигая вялыми губами, Лиза лепечет:
- Скоро месяц взойдет,- какая прекрасная ночь для прогулки в лес...
- А рожают они каждогодно двойни,- поучает Брундуков.
Публика расползлась; перед лавочником только Ровягин, задумчивый, как баран.
Становится темно, с востока наползает черная туча. Звезды в небе точно шляпки медных гвоздей,- это оттого, что воздух влажен. В соде реки трепещут красные факелы - отражения огней берега и судов.
- А между прочим, для чего дастся нам жизнь? - спрашивает Панашкин и отвечает сам себе; - Чёрт знает для чего, если подумаешь...
Меня занимает другой вопрос: кому нужна, кого веселит эта злая карикатура на жизнь?
- Ночуй у меня! - предлагает Панашкин.
- Спасибо, я иду гулять...
- Ну, валяй, иди, бродяга...