— Чтоб не... тревожить вас официальностями, я, денечка через два, зайду к вам, — сказал Тагильский, протянув Самгину руку, — рука мягкая, очень горячая. — Претендую на доверие ваше в этом... скверненьком дельце, — сказал он и первый раз так широко усмехнулся, что все его лицо как бы растаяло, щеки расползлись к ушам, растянув рот, обнажив мелкие зубы грызуна. Эта улыбка испугала Самгина.
«Нет, он — негодяй!»
Но толстенький человек перекатился в прихожую и там, вполголоса, сказал:
— Вот что — все может быть! И если у вас имеется какая-нибудь нелегальщина, так лучше, чтоб ее не было...
Ощутив нервную дрожь, точно его уколола игла, Самгин глухо спросил:
— Зотова служила в департаменте полиции?
— Ка-ак? Ах, дьявольщина, — пробормотал Тагильский, взмахнув руками. — Это — что? Догадка? Уверенность? Есть факты?
— Догадка, — тихо сказал Самгин. Тагильский свистнул:
— А — фактов нет?
— Нет. Но иногда мне думалось...