— Пробовал бежать? — спросил Самгин, попытка к бегству не совпадала с его представлением о брате.
— Ты — что: не веришь? Самгин промолчал.
— Спросил твой адрес, я — дал.
— Естественно.
— А Тося действует в Ярославле, — задумчиво произнес Дронов.
— С большевиками?
— Повидимому — да.
Беседа не разгоралась. Самгин не находил вопросов, чувствуя себя подавленным иронической непрерывностью встреч с прошлым.
«Дмитрий... Бесцветный, бездарный... Зачем? Брат. Мать».
Подумалось о том, как совершенно одинок человек: с возрастом даже родовые связи истлевают, теряют силу.